Винзавод и Гараж: искренние портреты двух главных площадок современного искусства

7011fe30ece8f6b76f30480830b3ed1f

Фoтo: Garage Museum of Contemporary Art.

Крaткo o сaмoй зaтee. Приглaсили aктивныx, умнeнькиx, жизнeрaдoстныx крaсaвиц из МГУ, Гнeсинки, Мoскoвскoгo гумaнитaрнoгo унивeрситeтa, Мeждунaрoднoй и другиx срeдниx шкoл. Стрeсс — этo цeлeвaя aудитoрия, кoтoрую и Г-мoль. Пoчeму дeвушки — тoжe яснo: oни гoрaздo бoлee зaтoчeны пoд музeи, чeм пaрни.

Aкция шлa в двa этaпa. Вo-пeрвыx вручили им пaмятки из 30-ти пунктoв. Нe тo, чтo зaпрoгрaммирoвaть нa oпрeдeлeннoe мнeниe. Упaси бoг. Нo для дeвушки былo прoщe зaxвaтить в пaмять oтдeльныe мoмeнты. Типa — «чтoбы я привeл сюдa свoю мaть?», или «пeрвoe, чтo я xoчу пoйти в туaлeт: кaк быстрo я мoгу этo сдeлaть?» или «измeнил ли я xoть нeмнoгo, пoсeтитe этo мeстo?». Дeвушки рaзбрeдaлись пo экспoзициям, a пoслe тoгo, кaк мы пoдрoбнo интeрвьюирoвaли. Кaждoгo oтдeльнo. Зaтeм сaмыx иx рoскoшь, кaк дрaмы, сoбрaлись в кoллeктивную кaртину Винныe пoгрeбa и Гaрaжa.


фoтo: ru.wikipedia.org
Винный зaвoд. Aвтoр: Lite.

Итaк, пoслушaeм, дeти, чьими устaми глaгoлeт истинa. A зaтeм пoпытaться сдeлaть вывoды.

Винный зaвoд: «Здeсь, oчeвиднo, живeт грaф Дрaкулa»

— Туaлeт? Ссылки нeт, этo тoлькo нa службу, eсли oни уйдут (Нaстя). Вo врeмя дoждя в туaлeт нe пoсeщaeтe, нa улицe. Нo тaм нe свeжий, вoняeт чтo-тo. Eсли чулки вы xoтитe измeнить, вы дoлжны сидeть нa унитaзe, бoльшe нигдe (Diana). Смeнить кoлгoтки или бюстгaльтeр мoжeт быть прoстым: в прoeктe «Винзaвoд.Open» eсть кoмнaткa с видeo, в нee мoжнo пoдняться и зaштoрить штoры (Лeн). Туaлeт прямo нa вxoдe. Eгo нe видит ктo-тo?! (Кaтя).

— Мaмa? Свoю бы нe пoвeлa: мaтa мнoгo нa стeнe. Пaрни тoжe нe буду, a тo eщe стaнeт псиxoпaтoм (Лaнa). Мaмa? Нeт. Мaмa — в тeaтр (Мaрия). Пeрвый рaз нa этo лучшe смoтрeть в oдинoчeствe, чeм привeсти дeвушку или пaрня (Нaстя). Нe, пaрeнь — нeт, oн всe этo фиoлeтoвo (Мaрия-2). Oдин нe вaриaнт здeсь xoдить, oдинoкo; нужeн близкий чeлoвeк, с кoтoрым мoжнo всe aкцeнты обсудить (Катя).

— Люди вокруг? Посетители? Ау! А что их здесь нет (Лана). Лица редких зрителей, потерянных типа «что здесь происходит вообще?» (Арина). Я почти не встречала людей в залах, здесь никого нет, но мне это ближе, я не люблю толпы (Настя). Не хватает людей, энергии. Мертво как-то (Мария-2). Я спросила одну девушку, — зачем сюда пришел? Она ответила — пофоткать, себя искусство, его не торкает (Арина). Здесь можно даже спать: никому дела нет. Иностранцы забегали в частные галереи, но особенно не втыкали, что происходит. Винодельни на что-то претендует? (Лана).


Мария, на Винзаводе.

— Шкаф? Пришлось с собой носить плащ, неудобно, мокрый, после дождя, но гардероба нет (Настя). Он есть в одном месте, но толку: не работает! (Лана).

— Сэлфи? Без проблем. Что там селфи, я экспонат случайно снесла, мне слова не сказали. Ну пусть железка валялась под ногами. Смотрительница сделала вид, что не заметила (Лана). В некоторых галереях должны договориться о съемке с администрацией, которая не понятно где. Да и смешно это в XXI веке (Diana). Я сделал 10 снимков на телефон, что-то я в Instagram. Одну-две. Из моих друзей нет тех, кому нравится такое искусство, и что им отправить фотографии не могут (Настя).

— Персонал? Да, это жуть полнейшая. Я действительно слышал фразу на весь зал, когда одна пожилая администраторша говорит другой: «Марина, ну что ты на этом зациклилась? Ну и что это значит — «он педераст»? Ну как тебе разница то?» (Ale). Небольшая язвочка на Винные заводы — недоброжелательность-консультантов. Они сидят за столами, весь день на своих компьютерах, рассказывают о своем быте и странно, ответить на мои вопросы. Я спросила — «А там можно пройти?». А мне — «А вы сами не видите?». Грубость. Видят — пошли молоденькие, неудобно, немного потерялись, не вам! Хотя к вошедшим незнакомыми людьми, эти же люди в тот момент, оказываются необычайно привлекательными (Мария). Или еще лучше: половину галереи перекрыто, цепь висит, но видно, что есть еще куча крутых работ. Рвемся к ним, как мы говорили: «Нет, офис там». Ну круто, любят свою аудиторию! (Диана). Охранница в лицо сказала, иностранке, не понимавшей по-русски, и спросившей — где купить билет: «Почему прибытие в музей, если вы не говорите по-нашему?». Меня это вышибло из себя (Лана).


Лана в «Гараже».

— Дресс-код? Здесь вы можете, по крайней мере, в купальнике — не Пустыня, ничего не отвечать, стоить (Лана). А я хочу платье вверх: может в мешковатую одежду или льняной сарафан. Еще и дизайнеры продают там здорово держать, интересно говорят о это доброе дело (Мария-2). Здесь должна прийти, элегантно одетый, на этой полной причастной (Мария).

— Что подключили? Меня зацепила выставка «Страсть для наблюдателей» (в рамках программы «Винзавод.Открытым», — Ред.). В катакомбы. Людям со слабой психикой туда лучше не идти. Там я отрефлексировала. Ничего меня не тронуло (Настя). Художник… я не помню… создает удивительные предметы из проволоки, потрясает. Что и само пространство — плитка (ARTIS Gallery, где сейчас показывают работы Лии Сафиной, — Ред.), чувствовать себя в бассейне. Это просто девушка, которая там сидит, странная. С незнакомыми людьми приветлива, а от нас, как отгавкнулась (Diana). Эта выставка в винном погребе меня тоже касается — кто-то даже выходил со слезами. А у меня наоборот: эмоциональный заряд, хотя на самом деле там жуткие (Мария). 21-е места тронуло: «я хочу думать об этом. Там подвал, стены, кожа оленя, свечи расставлены, это все торкает (Арина). Прохладно там портреты знатных мастеров, только вместо человека — ашановские и икеевские пакеты. Не очень понятно, что хотели сказать авторы (Владимир Дубосарский и Алес Кочевник, в Галерее 21, — Ред.), но если они подтрунили так над обществом потребления, то супер (Diana). Индикатор работы (Сергея Браткова в галерее Риджина, — Ред.) любил. Пощелкала их послал друг. Он написал, что «посетил я и здесь поржал» (Лана). Меня зацепило то, что ты, как зритель уязвим и заинтересован одновременно (Мария).


Настя в «Гараже».

— Что раздражает? Вот экспонатов и раздражает! Что это глупость, почему он тогда стоит? Была выставка под названием «Метель», там дайвинг, зеркало, кукла. Что это такое? Где метель? Какая метель? Ну бред же. И все стоят и думают — где метель? (Ale). «Метель» реального из себя потянул. Сразу чувство — «хочу убивать!» (Арина). Многие плитки из-за приглушенного света вообще не читают. Я хочу видеть живых людей, которые тебе что-то вам объяснить (Мария). Многие работают здесь не подписано — просто идете и смотрите, и ничего из этого не получишь (Настя). Ничего непонятно. Не хватает живых комментаторов. Информационных символов достаточно, но они как-то заковыристо написанное и правильно описать то, что происходит. Организаторы не дают вразумительного объяснения. Вот я спросила, что для полудохлый кролик на видео, почему он, художник с ним так. А мне отвечают: «Художник думает так о смысле жизни». Все поняли? Это он! (Маша-2).

— Запомнила ли по крайней мере одно имя художника? Ни один! На имена не обращаешь внимания. Не Третьяковская галерея. Все воспринимается общим фоном (Настя). Ни одно имя, я для себя не открыл. Даже и неинтересно смотреть — кто и почему это сделал. Описание экспонатов совсем нет (Арина). Нам одна девушка понравилась, имя действительно не могу сказать, но возникли ассоциации с картинами Босха, с «Корабль дураков», что и зацепило. Более десяти снимков сделала, отправила родителям (Мария). Запомнила 20-й павильон (Открытые семинары, — Ред.), хотя и закрыт, но если звонит — откроется. Так вот там художники пишут картины прямо на тебе (Мария-2).


Мария-2 в «Гараже».

— В целом? Здесь все тяжело, вокруг какой-то негативный характер, так что для меня так. Только в «Открытой студии» произошло живое общение с художниками, и я оттаяла. В других местах он бросил (Мария-2). Я после этого места стал шизофреником, и что ли сейчас время для психологов. Места непонятные. Одна из выставок проходит в винном погребе. Он напомнил мне газовую камеру фашистов. Стало не по себе: душегубка пусть, все давит, темные, едкие запахи, влагу. Одеяло лежит на постаменте — вы имеете в виду отдаленно, что там труп! (Лана). Во все помещения можно попасть. Нам так и сказал — «Девочки, здесь закрыто» (Мария). Здесь лайтово: можно и кофе пить, и есть. Без напрягов и не такие виды «fee» (Катя). Ни в одном из павильонов нигде не сидеть, кроме 21-го, а то там некоторые небольшие магазины в коридорчике (Мария). Море впечатлений от проекта «Винзавод. Call»: есть и ужасы, и самые лакомые кусочки. Это только женщина на входе нам нагрубила, как типичная старая женщина. Когда мы сказали, что первый раз здесь, и мы не знаем, где касса, она извинилась (Diana). Некоторые выставки мотивируют здесь только… наложить руки. Наркоманов, их можно организовать? (Маша-2). Полное ощущение, что в этих катакомбах граф Дракула живет (Ale).


Арина на Винзаводе.

— Еще сюда пришел? Может. После «Винзавода» я поняла, что не все современное искусство совершенно плохо. Чувствовал даже и в нем начать разбираться, замерзает у некоторых работает, вот только долго не работают это сделать, потому что нет ни кресла, ни лавки. Зоны отдыха вовсе не предназначена (Diana). После галереи XL, где группировка ZIP выстроила лабиринт с мяукающим котенком, я никуда больше не мог пойти. Ступор — котенок жив или нет? (Маша-2). Я не хочу здесь быть: эмоциональная усталость от этого места возникла. Здесь не заботится о том, что я углубился в художника, попытаться его понять (Арина). Обожаю психоделику, я хочу тонуть и тонуть в некоторые работы. Эх, времени не хватило. Восстановить (Катя). Мне кажется, что современное искусство нам не нравится, но мы нравимся ему на пути, он начинает нас раздражать (Ale). На мой взгляд, самим организаторам, этот завод не нужно, им достаточно того, что все заведуют. Мы, зрители, для них иностранцы. Хитрые люди здесь только в кафе приходят. Здесь не будет возвращать — зачем мучить нервную систему? (Маша-2). Здесь, очевидно, станешь шизофреником: какашку налепили на стены и стиле! (Лана).


Катя на Винзаводе.

Гараж: «Меня три раза спросили — есть ли мне 18?»

— Навигация? Я в первый раз сюда пришел, сначала показалось, что это уменьшенная копия Новой Третьяковки. И внутри, как на Крымском Вал там много разделов — нужно разбираться, куда идти (Настя). Да, есть некоторые блестящие белые линии, навигация такая? Это, как и на Винзаводе — независимо от того, откуда началась и закончилась (Мария-2).

— Мама? И мама, и папа хотят привести, так что это не Винзавод, где я объясняю, что там происходит. Это прямо музей,-музей. Хотя я не поняла, это выставка фотографий Юргена Теллера, все пиво обливаются, и что? Что он хотел сказать? (Арина). Мама? Не-а не привела бы. Несмотря на то, что она молодая и продвинутая (Мария-2).

— Люди вокруг? На мой взгляд, все живые лица, здесь, в буфете (музейное кафе, – Ред.). На выставках какие-то все потерянные и заторможенные. Хотя на театральной выставке «Здесь был Вася» Екатерины Муромцевой народ увлеченный встречал (Настя). Винодельни более андеграундный, он для подростков, а Гараж для всех, много пожилых здесь встретила (Арина). Здесь аудитория более мотивирован, сопровождают репертуар — кто-то идет на выставку фотографа, кто-то на выставку звуков, кто-то приходит постоянно, имея карты музею (Maria-2).

— Персонал? Здесь воровство со стороны воспитателей. Несвободно. На Винзаводе на тебя никто не обращает внимания (Настя). Дружелюбный здесь все, без «ой-ой», что на Винзаводе. Здесь никому не в лом тебе сориентироваться (Катя). Существует также много непонятного, как и на Винзаводе, но персонал на тебе проявляет интерес, движуха (Мария-2). Меня три раза были вынуждены показать паспорт и студенческий билет для прохода на выставку о футболистов, которые 18+. Так и предупредил — «Не играйте паспорт далеко, еще раз придется его предъявить!». Это исключительно нервы. Ушла, после всех мучений, на выставку и ничего особенного, все! Ну голый мужик на кладбище, ну и что (Diana).


Диана на Винзаводе.

— Шкаф? Он есть, но за твоими вещами никто не следит, «не наша проблема». Кстати, я там зонтик и забыла. Вернулся — на месте, никто не украл (Мария-2). Wow! Некоторые экспонаты в стеклянных ячеек шкаф (Настя).

— Дресс-код? В Гараже более замороченные посетители. Вы заметили, чем я пришел (Арина).

— Что подключили? Есть свет, тепло, просторно, нет неприятных запахов, не чувствует себя, как на кладбище, например. как на Винзаводе. Нет ощущения, что кто-то выбежит из-за угла, и тебя напугать (Лана). Сумасшедшая выставка «Бесконечные слухи». Там специальные музыкальные инструменты, звук, который и глухие могут чувствовать. Я, как известно, и я знаю, как их задевает, что они не слышат музыку. В общем, здесь Гараж, восстановил справедливости (Катя). Они издательский дом мощное: сотни крутых редкие книги переводят и делают. Не может без покупок сегодня пойти (Настя). Гараж, конечно, предложения актуалочкой: люди с ограниченными возможностями, различные социальные проблемы, нанотехнологии, пиво… Они специально для чемпионата мира ряд картин (Выставка Юргена Теллера «Мандраж на диване», – Ред.) опубликовали, где футбольные фанаты заливаются пивом. Вот это в десяточку! (Катя). Здесь у вас есть, где посидеть, подумать, масса скамейки (Мария-2).

— Что раздражает? Гараж просторнее, но холоднее, чем винный бар. Антикварный винный бар, души в нем много. А Гараж продувается, выветриваются из него чувства (Катя). Дорого: на сайте написано, что билет для студента, 150 рэ стоит, а взяли 250 на кассе. Ну и в кафе не дешево. Скидки для студентов не хватает (Арина). На Винзаводе можно трогать экспонаты, а здесь нет. А я хочу. Экран — потому что это один из способов проникновения в этот мир (Катя). Защита раздражает — «Ну, до этого я, во-первых, чтобы открыть сумку!». Еще раздражают цены в книге магазин — пусть небольшой буклет 400 рублей! (Маша-2). Я пришла, на выставке музыкальных инструментов — они не работают. Спросила — когда вы в них участие? Мне ответили — в ближайшее время. Что значит скоро? Почему я должен ждать? В общем, так и не дождалась (Diana).

— Запомнила имя художника? По крайней мере, здесь были буклетики с выставки, если и не запомнила у себя дома, то можно прочитать (Мария-2). У меня есть только фотограф, в моей голове, с фотографиями голого мужика, но название (Юрген Теллер, — Ред.) не могу воспроизвести (Ale). Запомнила фото мужика, который обливается пивом. Потому что мне казалось, что это не пиво, а его стошнило. Не имя и не хочу знать. Ни одного автора в этот раз я не дала шанса, чтобы его запомнить (Diana).

— В целом? Сходил и сходил, ни на какой акт, Гараж не мотивирует. Атмосфера здесь была создана от самих зрителей, но не из экспонатов (Мария-2). В Гараже все гладко, в отличие от Винзаводов, ничего не раздражает. Места много, люди не мешаются (Настя). Все компактненько здесь, мозг не в бутылках (Мария). Пустовато сейчас в Гараже, выставочный сезон минималистский. Что-то не хватает. Предыдущие сезоны были намного больше, перкуссия (Арина). Апогей комфорта. Но хорошо ли это? Вызывает ли это на эмоции и мысли? (Мария). Акустика здесь, что надо. Надо на концерты сюда приходить, а не современное искусство смотреть (Катя). В самом деле, здесь поставить такую же фигню, как и на Винзаводе (некоторые голого мужика на кладбище, стоя в брызгах от пива, еще что-то), но… подано все эффектно (Мария-2). Если музей хочет развиваться, ему нужно меньше любить себя, а потом, потому что нет осадка (Лана).

— Опять? Ах, все бы здесь привели, потому что я думаю, там особенно не нужно. Вы можете только смотреть и идти дальше (Настя). Если закрыть глаза на провальную организацию, выставки на Винзаводе, чтобы думать, в отличие от Гаража. Но, до сих пор в Гараже еще приду: но это только приятным времяпрепровождением, не более того (Мария-2). Гараж моя любовь, кто бы что ни говорил (Diana).

* * *

Имеет код роман альбера Камю «Посторонний», когда героя судят и казнят, в самом деле, без его участия. Так вот наши девочки (в своей массе), после Винзавода и Гаража в полной мере почувствовали, что они лишние, чужие, что они «вместе», что просто кто-то счастлив и процветает, вероятно, понимает все секреты, голый человек на кладбище. Молодых также я хочу грамотно, с пониманием и вдохновением «вариться» в мире современного искусства. И хотя некоторые предпринимают для этого максимум усилий, другие игнорирует свои зритель. Подумайте об этом, господа. И с праздником!