Вести Экономика ― The Economist: финансовый бум мешает росту экономики

ef0ad8aded47800ad55ea41fa8553e7f

Одна из самых важных политических проблем последних лет заключается в том, что дела на Уолл-стрит идут намного лучше, чем на Мэйн-стрит (мелкие или индивидуальные трейдеры, представляющие собой массу-противовес Уолл-стрит). И это не просто популистский лозунг .

Консенсус-прогноз по темпам роста глобальной экономики

Новое исследование Bank for International Settlements (центральный банк для всех центральных банков, как его называют) продемонстрировало, почему слишком быстрый рост финансового сектора отрицательно сказывается на всей экономике.

Подготовленное Стефаном Сечети и Энис Харруби исследование является продолжением опубликованного ими же в 2012 г. доклада, в котором также анализируется негативная связь финансового сектора и роста после достижения определенной точки.

Когда экономика неразвита, а финансовый сектор невелик, то рост последнего становится положительным фактором. Инициативные предприниматели получают капитал для расширения своего бизнеса, а вкладчики получают надежный дом для своих денег, что в свою очередь увеличивает финансирование экономики, и так по кругу.

Однако можно получить слишком много хорошего. В докладе от 2012 г. говорилось, что когда долговая нагрузка частного сектора превышает 100% к ВВП, то ситуация пересекает критическую черту.

Доля работающих в финансовом секторе от общего количества трудоустроенных граждан — другой способ взглянуть на эту же проблему. Как только доля превышает 3,9%, эффект роста производительности становится негативным. Сегодня в этой точке находятся Ирландия и Испания.

В течение пяти лет начиная с 2005 г. занятость в ирландском и испанском финансовых секторах росла ежегодно на 4,1% и 1,4% соответственно; при этом производительность на одного рабочего ежегодно снижалась на 2,7% и 1,4%.

В новом исследовании авторы пытаются разобраться в причинах подобной связи: «Люди, которые могли стать учеными и в другой период времени мечтали бы о лечении рака или полете на Марс, сегодня мечтают стать менеджерами хеджевого фонда».

Другими словами, финансовый сектор переманивает высококвалифицированных работников из других секторов экономики. Затем финансовый сектор выдает кредиты компаниям, предпочитая при этом бизнес, который имеет твердые гарантии в форме залога (к ним обычно относятся строители и девелоперы недвижимости).

Предприниматели стремятся в этот сектор, избегая рискованных проектов, требующих более высоких затрат на научно-исследовательские и опытно-конструкторские разработки (R&D), а значит и меньший залог под кредит.

В итоге начинается бум на рынке недвижимости. Но недвижимость не отличается высоким ростом производительности. Она может привести к нерациональному использованию капитала в форме пустующих кондоминиумов в Майами или непроданных квартир в Испании.

Крупнейшие экономики. Прогноз МВФ на 2018 год

«Секторы экономики с высоким R&D – такие как самолетостроение и информационные технологии – непропорционально сильно страдают от слишком быстро развивающегося финансового сектора. Вместе с тем такие сектора, как текстильная или сталелитейная промышленность, имеющие низкий R&D, не чувствуют на себе негативный эффект», — цитирует исследование британский журнал The Economist.

Ученые называют два индикатора роста финансового сектора – соотношение банковских активов к ВВП и общая доля частных кредитов к ВВП. Что касается секторов экономики, то они рассматривают финансовую зависимость (необходимость внешнего капитала для финансирования роста вместо сохранения потока наличности) и интенсивность R&D.

«Производительность в финансово зависимых секторах экономики, находящихся в странах, переживающих финансовый бум, как правило, на 2,5% ниже, чем в финансово зависимых секторах экономики в странах, где нет подобного бума»,- говорится в исследовании.

Это очень важное наблюдение, так как наиболее развитые экономики мира могут только мечтать о росте производительности в 2,5%, особенно на фоне сложной демографической ситуации. В связи с этим ученые рекомендуют «провести переоценку отношений между финансами и реальным ростом в современных экономических системах».

Следует заметить, что на эту проблему впервые обратил внимание 90 лет назад Уинстон Черчилль: «Я бы предпочел менее грандиозные финансы и более мощную промышленность».