Третьяковка и Минкульт хотят увеличить штрафы осквернителю «Ивана Грозного»

7a15a4ac96576f560cf93e530abe1281

Кaдр из видeo

Рeпинский зaл, чтo и сaмa Трeтьякoвкa тaк мнoгo журнaлистoв, a иx тaм бoльшe сoтни, eщe нe принимaли. Дирeктoр гaлeрeи Зeльфирa Трeгулoвa, кoгдa oнa вoшлa, дaжe oбoмлeлa: «Вoт, чтo ряд СМИ нa вeрнисaжax!». Надо отдать должное коллегам, которые доказали, что своих не бросают в беде. Ораторы именно так характеризуется то, что произошло, после чего поминутно восстановили события рокового вечера.

С самого обескураживающего — подвиг самоотверженной старушки-смотрительницы, которая вцепилась и почти повисла на хулигане, чтобы остановить его. И то, что в три реставраторам высшей квалификации и огромного опыта (Андрей Голубейко, Екатерина Волкова и Александра Орловская) удалось доказать, что на месте преступления через полчаса, и сразу начать работать.


фото: Геннадий Черкасов
Зельфира Трегулова.

Ситуацию осложняет и тот факт, что рисунок застеклена нестандартным способом. Несколько лет назад в Германии спецтехнологиям для белья, который 105 лет назад уже была поставлена в атаке, отлили антибликовое стекло. Это на порядок толще и тяжелее, чем обычные стекла, еще и расположены определенным образом. В первые несколько минут, реставраторы растерялись, но быстро нашел выход из положения — на пути были изобретены и составил картонную конструкцию, благодаря которой удалось избавиться холст из стекла и рамки.

— Сотрудники, позвонившие и рассказавшие о событии, по воле случая, поймали меня в служебной командировке во Флоренции, говорит г-жа Трегулова, где узнал от директора галереи Уффици, в том числе, которые нанометоды применяются для защиты шедевры. Первое, что я оповестила министра культуры Владимира Мединского. Следующий вызов пришел от директора Эрмитажа Бориса Пиотровского, который пообещал, что будет нас поддерживать, и от Союза музеев России, президентом которого он является.

Зельфира Исмаиловна напомнил, как два года назад, после реформы о защите культурных учреждений, ее вынужден бежать от государственной защиты для обеспечения ЧОПов. Но затем она «костьми легла», чтобы это не произошло, и это удалось в нескольких крупных музеев. Тем не менее, это привело к тому, что почти в два раза сократили количество охранных постов.

— Из-за оптимизации бюджета, — это был первый министр культуры Владимир Аристархов. — Но мы сейчас делаем все возможное, чтобы мы это недоразумение. Наши действия направлены на предотвращение преступлений, в культурных учреждениях и на создание максимально приятного и безопасного в них условиях. Существующий закон предлагает максимальное наказание за такое преступление — штраф до трех миллионов рублей и вывод максимум на три года. Мы вместе с галереей пожалуйста, максимально его затянуть.

Слово взял реставраторы, которые убеждены в том, что полотно не в критичном состоянии. В ближайшем будущем они будут разрабатывать методику для устранения нарушений и организовывать конференции, куда пригласят всех типов, специалистов и журналистов. Так что будет считать, максимум мнений и только потом приходят на работу. Заканчивается его надеются, что до следующего года — в момент запуска персональной выставки Ильи Репина.

— Мы не хотим, чтобы «Иван Грозный и его сын Иван» висит под пуленепробиваемым стеклом, как «Джоконда», на достаточном расстоянии от зрителей, то, что потерял возможность контакта с большим изображением, — резюмирует Трегулова. — Сейчас мы изучаем различные методы защиты, в том числе, видели японские капсулы, о которых я узнала, теперь в Италии. В них размещены фото, а затем положить на нее раму. Таким образом, контролируется температура, влажность режиме и обеспечивает сохранение произведений (8 мм стекло может разбиться только от ракеты). Но эта история стоимостью в сотни тысяч евро, которых у нас нет. Хотя главный российский банк сразу же выступил спонсором реконструкции и предложили свою финансовую поддержку для улучшения мер безопасности, как знаковых полотен, так и галереи в целом.

О том, призадумались и чиновники. В конце концов, пока люди не отличаются наибольшую резюме от документального подтверждения или другие исторические факты, а личное пространство от общественного, мы можем стать свидетелями нападения на любой культурный феномен, например, на артистов оперы Мусоргского «Борис Годунов». И это печально, прежде всего тем, что в данном случае произведения из нас растет.