Полонский в СИЗО объяснил фразу «Нет миллиарда — идите в …»

31243556dc4128347091c71091bd7959

Фото: facebook.com/sergey.polonsky

Полонский встретил нас так, как встречают у себя дома. Все-таки удивительный он человек — сумел обжиться в СИЗО за считанные дни. Да так обжиться, что он будто и не ощущает себя в заточении.

Обращается к начальнику СИЗО:

— У вас есть какие-то жалобы на меня? Есть претензии? Я нормально себя веду?

Впервые на моей памяти арестант не жалуется правозащитникам, а спрашивает, нет ли жалоб на него самого.

— А как там моя схема? Мой проект? — не унимается Полонский.

Начальник уклончиво говорит, что изучил этот «шедевр», но вряд ли найдет ему практическое применение. Выясняется, что Полонский придумал, как оборудовать камеру и следственные кабинеты душем. В СИЗО сейчас очень жарко, а по правилам внутренного распорядка на помывку заключенных водят всего раз в неделю. Но задумку Полонского реализовать нет никакой возможности — есть строгие строительные нормативы на учреждения, и что-то переделывать-перестраивать запрещено категорически. Полонский тут же перескакивает на другую тему и общается к нам почти со с слезами:

— Флинт в тюрьме, его хотят убить.

— Это вашу собаку что ли?

— Да. Она осталась в камбоджийской тюрьме. Так вот, они уверяют, что в животе собаки бриллианты и хотят ее умертвить, чтобы их достать.

— А бриллианты правда там есть?

— Нету никаких бриллиантов! 12 дней собака у них сидит, они что — не могли за это время сделать рентген? Что за дикость? И все это местные власти творят в то время, как в Камбоджу готовится наплыв российских туристов. Кто после такого к ним поедет?

— Вторую собаку (вы рассказывали нам, что две прыгнули к вам в лодку, когда вас арестовали, и одна потерялась) нашли?

— Да, слава богу. На второй день. Фараон в безопасности. Но если Флинта убьют… Понимаете, эти собаки — они больше, чем собаки. Но вы точно понимаете, о чем я? Порода мексиканская лысая, но дело не в ней. И вот все у меня там изъяли… Там инвестиций на 800 миллионов. Это российские инвестиции. Чем занимается наше посольство в Камбоджи? Почему не остановят беспредел?

— То есть у вас больше нет ничего в Камбоджи — ни островов, ни катеров?

— Ничего. Все конфисковано полицией. Даже катер и «Роллс-ройс». А самое смешное, что у меня в Москве нет жилья. Никакого.

— Как же вы строили жилые дома и ни в одном себе квартиры не оставили? Что-то не больно верится.

— Но так и есть! Я и раньше в Москве жил либо в офисе, либо на дебаркадере. Его больше нет. Да что там — у меня прописки нет. Квартиру, где я был зарегистрирован, продали, и меня суд принудительно оттуда выписал.

— Так вы, выходит, бомж?

— Выходит, что так.

— Дольщики, которые себя считают обманутыми вами, наверное, обрадуются такому повороту…

— Я не считаю себя ни в чем виновным, я никого не хотел обманывать и не обманывал. И имейте в виду, в России 300 тысяч обманутых дольщиков, а те, которые высказывают ко мне, скажем так, претензии в материалах уголовного дела… Вы посмотрите, что это за люди. Один дом купил за 20 миллионов долларов, второй приобрел целый вокзал, третий имеет собственность в Швейцарии. Это не бедные люди, уверяю вас. А у меня вот все украли. У меня точно больше ничего нет. Я-то тут на казенных харчах. А близкие? Оля кольцо заложила, чтобы мне передачки сюда передавать.

– Эк вас жизнь мотнула! А вы когда-то говорили: «У кого нет миллиарда, могут идти в ж..у!»

— Рассказываю вам историю происхождения этой фразы. Это было в Каннах. Мы устроили там крутую презентацию, на которую пригласили 1,5 тысячи инвесторов со всего мира. Зал был забит до отказа. И подходит ко мне охранник, говорит, что огромная толпа людей стоит на улице.

Я выхожу, вижу, их там еще тысяча-полторы. Спрашиваю: «У кого есть пригласительные?». Почти все поднимают руки. Куда их девать? Если запустить — давка будет. Я тогда еще спрашиваю: «Кто готов заплатить за вход? Деньги пойдут детям на благотворительность».

Потянулось три руки. И тогда я сказал эту фразу. И она относилась даже не к тем, кто там был (а там были миллионеры), а к компаниям, которые они представляли. Понимаете теперь? Это не было обращение к трактористам, учителям и другим простым людям. А к владельцам компаний. Потом я мог эту фразу повторить только вспоминая об этом случае. А все вырвали из контекста. Преподнесли так, будто это я обычным людям так сказал, будто про них.

Бред! Я сам голодранец. Помню, потом в Кремле даже у меня один спросил: «А правда что ты не разговариваешь с теми, у кого нет миллиарда?». Вот до чего дошло… Но я про другое хочу рассказать.

— Про что?

— Если я мошенник, то сажать надо всех строителей в России. Потому что это обычное явление, когда строительная компания берет деньги на строительство одного объекта, а сама возводит за них другой. Я придумал схему, как сделать так, чтобы вообще не было обманутых дольщиков. По этому проекту люди платят только за тот этап работ, которые выполнены. И не будет двойных продаж, не будет никакого обмана. Мой сокамерник — замгубернатора Сахалина — пишет сейчас научную работу на тему инноваций в строительстве. Я его научный руководитель. Нам вот только книги нужны.

— По строительству? Боюсь, в библиотеке СИЗО такой литературы не будет…

— Мне передадут с воли 20-30 книг, больше не нужно. Начальник обещал, что их примут. Но мы не сможем написать, если Профессор не успокоится.

— А это кто?

— Второй сокамерник Андрей Бельтов. Я ему обещал, что в душ его отведут. И он каждый день пристает. Зудит и зудит. Прошу вас (обращается к начальнику СИЗО — «МК»), пусть его в платный душ отводят. Ну хоть два раза в неделю. И будет нам всем спокойно.

А так он ведь гений. Он разработал всю программу для нашей налоговой службе. Он главный криптолог России. То, что он здесь уже 1,5 года, — государственное преступление. Такой мозг! Но зато меня боги с ним свели. Мы сейчас разрабатываем проект, который изменит весь мир.

— Вот видите, вам повезло, что в СИЗО оказались. Так бы не встретили Профессора.

— Да. А вообще я здесь отдыхаю. Я три года был в Камбодже, словно на Марсе. Там все по-другому. И я там много работал, а не, как все думают, гулял и пьянствовал. Начальник (снова обращается к руководителю изолятора — «МК»), пусть у меня возьмут анализы на наркотики. Это возможно?

Начальник СИЗО объясняет, что надо только написать соответствующее заявление. А так — без проблем.

— И помогите тому заключенному, который от сигаретного дыма в автозаке чуть не умер. «Скорую» вызывали. Знаете, что его после жалоб вам проучили?

— Да, обещаем разобраться…

Комментарии зампредседателя ОНК Москвы Павла Пятницкого: «20 мая заключенный Б пожаловался нам на курение другими арестантами в конвойной машине в нарушении закона. Ему, как астматику и сердечнику терпеть табачный дым да ещё в замкнутом помещении — не выносимо. Жалоба поступила и на конвоиров, которые несмотря на просьбы — не пресекают курение заключенных. 21 мая по данному инциденту я направил письмо на имя главы столичного ГУ МВД, а 25 мая пожаловавшегося нам заключенного конвойные возили в машине до 23.30 и только в полночь привезли СИЗО. В машине опять курили и доходчиво объяснили, что не надо было никуда жаловаться. По данному вопросу руководство конвойной службы обещало мне принять меры, в противном случае я обращусь к прокурору Москвы.